Аналитический психолог Алексеева Марина Анатольевна

Меню сайта
Категории раздела
Для практиков [0]
Для студентов [40]
Для всех интересующихся [15]
практические работы студентов [0]
Мастерская "Киносны" [4]
Отзывы участников
Воркшопы [1]
Материалы, касающиеся работы творческих мастерских
Правовые документы [0]
Для клиентов [0]
Наш опрос
Кем Вы работаете
Всего ответов: 40
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сказка про трех братьев - воронов
18.08.2009, 14:18
Было у одной бедной женщины три сына и дочурка-утеха. Мальчишки уже подросли, а девочка была еще совсем махонькая и ходить-то еще не умела, и говорить не научилась.

Мальчишки, как и положено, были бедовые, да настырные. Это б еще куда ни шло, кабы не их бесстыдное обжорство. Ох, и маялась же с ними бедняжка матушка!

Коли где кто нашкодит, набезобразничает — не иначе ее ребята; коли где-что стряслось, знает она — ее сыночки в том виноваты. А дома! Оставит что от обеда на ужин, а душа не на месте — ведь разнюхают и умнут! Даже мясо из горшка вытащут. Подкрадутся, достанут недоваренное — и нету его! Ума не приложит мать, что с ними дальше делать. И уговаривает, и просит, и наказывает... Да все напрасно! Лопнуло, наконец, ее терпение.

Собралась она как-то в церковь. Поставила обед на очаг и пригрозила сыновьям:

— Не вздумайте мясо таскать! Глядите, коли до него дотронетесь, я с вами такое сделаю, чего еще ни одна мать со своими детьми не делала.

А мальчишки ей в лицо хохочут, насмехаются. Разгневанная мать ушла в церковь, но только она через порог, а ребята шасть к очагу! Мясо из чугунка достали и тут же съели.

Вернулась мать из церкви в надежде, что сыновья испугались ее острастки. Подошла к очагу, заглянула в чугунок — а он пустешенек! Распалилась она неслыханным гневом и воскликнула.

— Чтоб вам в воронов превратиться, чтоб вам воронами стать, чтоб вы один с другого мясо рвали!

Не успела последнее слово выкрикнуть, как обернулись ее дети тремя черными воронами, взвились со свирепым карканьем, взмахнули крыльями и улетели неизвестно куда!

Мать, не помня себя от ярости, крикнула им вдогонку:

— Летите, летите, злодеи ненасытные! До тех пор будете маяться, пока кто-нибудь из кровных родственников вас из беды не вызволит!

Но материнский гнев, как снег по весне, — быстро растаял. Опомнилась бедная женщина, сердце кровью облилось, стала она рыдать, руки ломать, горькую судьбу несчастных детей оплакивать, себя корить. С тех пор глаза ее не просыхали.

Прошли годы, от сыновей ни слуху, ни духу. Тем временем маленькая дочка превратилась в красивую девушку. Была она словно лебедь белая, словно роза алели ее щеки, никто окрест не мог сравниться с нею красотой. И весела-то она и мила, работяща, всюду поспевает, матери и в доме и в поле помогает.

Мать скрывала от нее свое горе и ни одним словечком не обмолвилась, что были у дочери когда-то братья.

Да только девушке самой все думалось и думалось, почему это нет у нее ни братца, ни сестрицы, у других, есть, да помногу. Она не раз спрашивала у матери, а мать, тяжело вздохнув, отвечала, что нет, и никогда никого не было.

Стала девушка у чужих людей допытываться, а те возьми да скажи ей, что были у нее три брата, но вдруг неизвестно куда исчезли, и никто про них ничего не знает.
 
аренда жилья метро Павелецкая || доставка суши 

Стала девушка опять матушку спрашивать:

— Матушка, моя родимая, люди поведали, что были у меня три брата. Скажите, не таите, куда они подевались?

— Доченька, доченька, улетели твои братцы в дальние края, — ответила ей мать и залилась слезами.

— Зачем? Да когда? Да куда? И больше не вернутся? Уж вы скажите, не таите, как дело было?

— Ах, дочка моя, вот как дело было!

И рассказала ей мать все без утайки, как прокляла их в гневе, как они в воронов превратились, и то сказала, что будут они до тех пор летать по свету, пока кто-нибудь из близкой родни их от проклятья не избавит!

— Не горюйте, матушка, не печальтесь! Ближе меня у них родни нету, мне и за дело браться! — отвечала девушка. — Я пойду, матушка, найду и спасу их! Чего бы мне это ни стоило!

— Ах, доченька моя, не ходи, их не спасешь и сама пропадешь, — плакала мать, — не найти их тебе. Где-то они теперь летают! Да и как ты оставишь меня одну на старости лет безо всякой поддержки?

— Не печальтесь, матушка, я вас не оставлю. Только мне на роду написано братьев освободить и я их высвобожу, даже если они за тридевять земель окажутся.

Сестра решилась, никаких уговоров не слушает. Наконец, и мать хоть и с трудом согласилась и через несколько дней собрала ее в дорогу.

Шла сестрица горами-долами, пустыми полями, долго-предолго, и на своем пути ни одной живой души не повстречала. Приходит она, наконец, к Месяцу-ясному в дом. На пороге его матушка стоит.

— Дай бог счастья, хозяюшка! — поклонилась ей странница.

— И тебе того же, девушка, — отвечает хозяйка. — Ты откуда такая взялась? Ведь до нас даже птичка-невеличка не доберется, не то что человек.

— Нужда заставила, вот и добралась! Пришла я узнать, не слыхали ль вы чего про трех воронов, моих заколдованных братьев?

— Про трех воронов, твоих братьев, я, девушка, ничего не слыхала, дождись-ка лучше, пока мой сын домой вернется, я у него выведаю и тебе скажу. А ты спрячься под это корыто, да смотри, тихонько сиди, не шевелись, как бы он тебя не съел!

Спряталась девушка под корыто, сидит, ждет, что дальше будет. Вскоре и Месяц вернулся. Только порог перешагнул, как закричит:

— Мать! Здесь людским духом пахнет, давай сюда человека, я его съем!

— Что ты, сынок, откуда тут человеку взяться, — отвечает мать. — Сам знаешь, к нам никому не добраться. Садись ужинай, да спать ступай, умаялся поди!

Сел Месяц ужинать. Наелся вдосталь, угомонился и задремал, а мать ему волосы расчесывает. Только Месяц глаза закрыл, а она его, как дернет за чуб!

— Вы что это, мамаша, — вскочил Месяц, — меня за волосы таскаете?

А мать ему в ответ:

— Прости, сынок, я и сама ненароком задремала и вижу сон, будто кто-то меня спрашивает, не встречал ли ты трех братьев, в воронов заклятых?

— Нет, мама, не встречал. У Солнца глаза побыстрей, может оно кого заприметило?

— Вот и ладно, — стала мать сына успокаивать, — спи, сынок, спи!

Выспался Месяц, снова в путь отправился, а хозяйка говорит страннице-красавице :

— Слыхала, деточка? У нас ты ничего не узнаешь, ступай-ка лучше этой долиной, там найдешь Солнце, может его матушка, что присоветует.

Пошла девушка. Долго блуждала по горам, по долам, по голым полям, пока не пришла, наконец, к матушке Солнца.

— Счастья, тебе матушка! — поклонилась путница.

— И тебе счастья, девушка. Ты откуда здесь взялась? Ведь к нам сюда даже птичке-невеличке не добраться, не то, что человеку!

— Ах, дорогая хозяюшка, пришла я у вашего сына спросить про трех воронов, моих заколдованных братьев!

— Может, он знает про твоих заколдованных братьев, я спросить могу. Да только, как мне с тобой быть? Вернется мой сын домой и тебя съест!

— Ах, матушка дорогая, сжальтесь, скройте меня куда-нибудь, — стала просить девушка.

Спрятала ее хозяйка под корыто.

Только-только успела, а тут Солнце явилось, да как закричит: 

— Мама, что-то у нас человеком пахнет — давай-ка сюда, я его съем!

— Что ты, сын мой, откуда у нас человеку появиться. Это тебе показалось, небось светишь ярко, да по всему небу ходишь, человеческий дух тебе и чудится. Садись, ужинай, да спать ложись, уморился поди?

Солнышко-сын наелся и задремал, а мать у него в волосах ищет. Сын совсем было уснул, а она как дернет его за вихор.

— Что это вы, мама, — вскочил он, — меня за волосы дерете?

— Да я, сынок, ненароком, — отвечает она, — я и сама задремала, да приснилось мне, будто кто-то спрашивает, не видал ли ты трех братьев-воронов?

— Где мне их увидать? Ведь я не везде свечу. Вот Ветер — тот каждую щель продует, ему легче узнать.

Заснул Солнце-сын и проспал до самого утра.

Утречком встал и ушел из дому, а мать разбудила девушку и говорит ей:

— Нет, мой сын про них не знает. Велел тебе у Ветра спрашивать. Ступай к нему! Он вон за той горой живет.

Показала девушке дорогу и проводила ее до порожка. Побрела наша путница горами-долами, голыми полями. Долго шла, пока не увидала матушку Ветра.

— Дай бог тебе счастья, матушка! — поклонилась она хозяйке.

— Дай бог и тебе, девушка! — поблагодарила ее матушка Ветра. — Ты как сюда попала? К нам и птичка-невеличка носу не кажет, не то, что человек!

— Я вашего сына спросить хочу, не слыхал ли он про моих трех заколдованных братьев, трех воронов.

— Про трех воронов, твоих заколдованных братьев? Ладно, узнаю, когда домой вернется. А что мне с тобой-то делать? Боюсь, он тебя съест.

-— Ах, добрая женщина, спасите меня, — стала просить путница. — Спрячьте куда-нибудь!

Спрятала ее хозяйка под корыто и строго-настрого наказала смирно сидеть. Ветер домой явился пасмурный, надутый.

— Мамаша, — засопел он в дверях, — что-то у нас человеком пахнет, давай его сюда, я его съем!

Мать к нему кинулась, давай успокаивать:

— Да нет никого, сынок, всюду тебе человек видится, небось очень сильно дул! Сам подумай — откуда здесь человеку взяться?

Пока Ветер по свету гулял, успела матушка изжарить целого быка и бадью пива наварить. Подала она ему поскорее ужин.

— Ешь, — говорит, — сыночек, а потом сосни до утра. Наелся Ветер, напился, а мать к нему:

— Притомился, сыночек, иди ложись, а я у тебя в голове поищу, слаще спать будешь.

Только Ветер глаза закрыл, мать как дернет его за волосы. Ветер вскочил, и завыл дурным голосом.

— Успокойся, успокойся, — уговаривает его мать. — Я и сама вздремнула, да приснилось мне, будто кто-то спрашивает, не слыхал ли ты про трех братьев, в воронов превращенных? Не видал ли где?

— Видал. Они в Стеклянном замке живут, каждый день вокруг замка летают, — проворчал Ветер, повернулся на другой бок и захрапел.

Выспался, и опять двинулся в путь. А добрая женщина разбудила странницу-красавицу и говорит:

— Тяжелое испытание тебе предстоит, девушка. Братья твои в Стеклянном замке живут, а Стеклянный замок во-он за теми горами; не знаю уж, как ты туда попадешь. Ну, да ладно, погоди, изжарю я тебе в дорогу птичку, ты ее съешь, а косточки не выкидывай. Доберешься до замка, сделай из этих косточек лестницу и по ней поднимись наверх, к своим братьям.

Поблагодарила наша красавица матушку Ветра за добрый совет, взяла узелок и пошла дальше.

Шла она полями, лесистыми горами, долго-долго шла. По дороге птичку съела, а косточки собрала. Но вот, наконец, и Стеклянный замок. Гладкий, как яблоко. Никак не подступиться. Ни тропинки, ни ступеньки. Сделала девушка из птичьих косточек лестницу и добравшись до окна, спрыгнула в красивые хоромы.

Видит — посередине стол накрыт на три прибора.

— Это для братьев ужин приготовлен, — сказала она сама себе, — значит, скоро вернутся.

Подошла к одной тарелке, отхлебнула супа и поскорей под кровать спряталась. Тут же послышался шум крыльев и в окне появились три ворона, опустились на подоконник и сразу превратились в статных парней. Они спрыгнули с подоконника и принялись обмывать холодной водой раны, что один другому клювами да когтями нанесли. Потом сели за стол, вдруг все тарелки разом закрутились.

— Гоп! — сказал старший, — тут кто-то из наших есть! Кто-то моего супу похлебал!

— Что выдумываешь! Откуда ему здесь взяться, — ответили остальные и принялись за еду.

Однако старший всё стоял на своем и сулился после ужина отыскать нежданного гостя. Но поев, забыл про свои слова и к утру уже ничего не помнил. Утром поев взобрались братья на окно и тут же обернулись воронами. Взмахнули черными крыльями, стали рвать один другого и, каркая, полетели неизвестно куда.

Вечером вернулись братья домой, обмыли раны и сели за стол. Только сели — опять у всех тарелки закрутились.

— Гей, — молвил средний, — значит, ты, брат, вчера верно сказал, здесь кто-то из нашей родни есть. Гляньте-ка, гляньте, он мой суп ел, мое вино пил! Вот наемся, поглядим где он, да кто он.

Самый младший стал его отговаривать, дескать, нету никого, откуда здесь кому-нибудь взяться! Но средний на своем стоит: «Найду, да найду, где он, да кто он». После ужина средний брат прилег отдохнуть, вспомнил, что собирался сделать, да встать поленился.

«Ладно, — решил он, — я тебя утром найду!» — А утром позабыл, не стал искать, и улетел вместе с остальными.

На третий вечер сестра поела из третьей тарелки, отпила из бокала, да еще и в постели понежилась.

Братья домой вернулись, обмыли свои раны студеной водой и сели ужинать. Стали садиться, а тарелки у всех кругами пляшут.

— Гей, — молвил самый младший, — тут что-то не ладно! Каждый день тарелки крутятся, а теперь и у меня супа и вина не хватает!

Обернулся и ахнул: «Что же это! Да ведь моя постель помята! Уж я-то его найду!»

Выскочил из-за стола, схватил меч и давай по хоромам метаться. Заглянул под кровать, а там девица-красавица прячется.

— Вот ты где! — воскликнул он, — вылезай, поглядим ты к нам с добром или со злом!

— С добром, с добром, — отвечала сестрица, вылезая из-под кровати. — Я — ваша сестра и пришла освободить вас от заклятья.

Братья ее признали и очень обрадовались. Долго они рассказывали ей про свое заклятье, а сестрица — про матушку, да про то, как к ним добралась. Под конец говорит сестра своим братьям:

— Я к вам пришла, ничего не побоялась. Теперь скажите, как мне вас от проклятья избавить?

— Ох, сестрица, сестрица! — отвечали ей братья, — мы-то скажем, да тебе не выполнить! Чтоб нас освободить, надо семь лет, семь месяцев, семь недель и семь часов ни единого словечка не вымолвить. Коли хоть что-нибудь скажешь, все прахом пойдет, и мы на веки вечные останемся черными воронами.

— Трудно это, ох, как трудно, — согласилась сестра, — да ведь нельзя иначе! Я от своего слова не отступлюсь и не вернусь домой до тех пор, пока вас не освобожу!

Поняли братья, что сестру не отговорить. Вырубили в могучем дереве дупло, посадили ее туда, лишь оконце оставили, чтоб еду подавать.

Прошло два года, а, может, и все три. Проезжал как-то молодой король в карете четверней возле Стеклянного замка. Путь лежал мимо могучего дерева. Только он до дерева добрался, кони встали, ни с места. Кучер их кнутом хлещет, а они из стороны в сторону кидаются, да на дыбы встают, а дальше не идут! Так и не удалось молодому королю по делам съездить, пришлось назад воротиться.

Вскоре молодой король снова собрался в ту сторону. Других коней велел запрячь. Как и в тот раз летели кони, словно на крыльях, но только до дерева добрались — осадили и хоть убей, не идут дальше, да и всё тут.

Прошло немного времени, в третий раз собрался король в путь. Велел новых коней запрячь. Кони помчались, как дьяволы! Донесли его до того же самого дерева и встали, как вкопанные, дальше не идут! На дыбы встают, храпят, копытами землю роют, а вперед — ни шагу. Выскочил тут молодой король из кареты и направился к дереву.

— Надо, — говорит, — поглядеть, что это за дерево такое, почему мои кони возле него пугаются.

Глядел, глядел — видит оконце в стволе, заглянул внутрь, а там — милое девичье лицо. Выхватил он меч из ножен и давай вместе с кучером дерево рубить, до той поры рубили, пока девушку не вызволили. И хоть была она бедно одета да оборвана, но собой так хороша, что молодой король тут же влюбился и недолго думал, решил ее в жены взять.

Стал спрашивать, кто она, да откуда, да что в дупле делает, а она ни словечка в ответ не говорит. Он опять спрашивает, а она то кивнет головой, то покачает. Он спрашивает, хочет ли она в его замок хозяйкой пойти, а красавица глаза потупила и плечиком пожала. Молодой король обрадовался, посадил ее в карету и повез в свой прекрасный замок. Решил, что она осмелеет и со временем заговорит.

Только приехали, а молодой король уже посылает ей красивое платье. Нарядили ее и стала она еще милее. Глядит король не нарадуется, уж так она ему люба. Просит, хоть слово вымолвить, а она лишь улыбается приветливо, но на вопросы не отвечает: либо кивнет головкой, либо покачает.

В конце-концов решил король на ней жениться. Как решил, так и сделал, но она и на свадьбе ни слова не вымолвила, только кивнула головой: да, мол, будет она королю верна до самой смерти.

С тех пор стали они мужем и женой и зажили дружно и счастливо. Но недолго длилось их счастье. У короля были враги, пришлось ему на войну пойти, а красавицу-жену одну оставить. С большой печалью простился с ней король, оставив под присмотром старухи, что в замке прижилась. А старуха та была — ведьма.

У старой ведьмы к тому времени дочка подросла, да такая уродина! Ведьма мечтала, чтоб король ее в жены взял, а король того и в мыслях не держал. Вот злая ведьма на короля и затаила злобу лютую, а немую королеву и вовсе готова была со свету сжить. А вскоре и случай представился.

Пока король был на войне, у королевы родился сынок, красивый, волосики золотые, во лбу золотая звезда горит.

Выкрала ведьма младенца, а на его место щенка сунула. Подобралась к окошку, чтоб мальчишечку выкинуть, а под окном в это время ворон пролетал. Увидала его ведьма, бросила ребенка и закричала:

— Хватай его, ворон, хватай!

Схватил ворон мальчика и унес неизвестно куда.

И разнесла ведьма по всему городу слух, будто у королевы щенок родился. Мало того, самому королю про то поспешила донести. Опечалился король. Но жену свою он любил, да и ведьме не хотел верить и послал ответ: «ничего, мол, как-нибудь обойдется, пускай за щенком получше ходят, пока он сам не вернется».

Вернулся король домой, а там — и правда, в колыбели щенок лежит, а королева грустит и печалится, но не может от клеветы очиститься. Король жену не перестал любить и стали они жить, как и прежде жили.

Подошло время королю опять на войну идти, опять оставил он королеву под присмотром старухи. И что же? Народился у королевы второй сын, с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу. Ведьма и этого младенца украла, кинула ворону, что под окном пролетал, а королеве подложила котенка. По городу слух распустила и королю отписала.

Король домой вернулся, все у них с женой по-прежнему шло, только душа у него болела, как на щенка или котенка глянет. Совсем закручинился король, но жену любить не переставал.

Прошло какое-то время, опять война началась, ушел король, а у королевы доченька родилась с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу. И девочку ведьма украла, через окно ворону выкинула, королеве трухлявое полено подсунула, а королю на войну отписала, что королева вместо младенца принесла трухлявое полено.

— Это уже слишком! — воскликнул король. — И говорить не говорит, и вместо детей родит мне каких-то уродов! Превратила меня в посмешище перед всем миром. Не стану больше терпеть!

И решил король жену казнить.

Вернулся с войны, даже суд не стал вершить, самолично приговорил ее к смерти, а она, бедняжка, молчит — ни словечка не молвит, чтобы братьев вызволить. Приказывает тогда король вывести ее в поле и голову с плеч срубить.

Вот уж палач свой меч поднял! Вдруг откуда ни возьмись ворон летит, несет в клюве мальчика с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу и кричит:

— Эй, палач, стой! Вот тебе мальчик, поиграй с ним — и кладет ребенка на землю.

Палач остановился, глядит на младенца.

И король про казнь забыл, с прекрасным ребенком забавляется.

Наконец, король опомнился и закричал:

— За дело, палач!

Палач меч поднял, только размахнулся, тут второй ворон летит, прелестного мальчугана несет с золотыми волосами и золотой звездой во лбу, а сам кричит:

— Эй, палач, стой! Вот тебе ребенок, поиграй с ним!

Палач отложил меч, стал с младенцем играть, тут к нему и король подошел, ребенком любуется. Время идет, спохватился король, кричит:

— За дело, палач!

Палач поднял меч, вот-вот опустит, вдруг третий ворон летит, несет в клюве девочку с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу и кричит:

— Эй, палач, стой! А ты, сестра, говори!

В это мгновенье как раз минуло семь лет, семь месяцев, семь недель и семь часов, как сестра клятву дала! Три ворона превратились в добрых молодцов, а королева заговорила.

— Я своих братьев освободила. И могу теперь, мой дорогой муж, рассказать, почему молчала, и как злая ведьма тебя обманула, как подкинула мне щенка, котенка и трухлявое полено вместо наших деток.

И рассказала все, как было. А братья добавили, что детей они унесли и выходили в своем Стеклянном замке.

Услыхал король, что его красавица-жена говорит, увидал своих детей и хлынули у него из глаз слезы радости. Стал он у жены прощенья просить за то, что так жестоко с ней обошелся. А потом торжественно повел обратно в замок. И повелел на радостях готовить пир на весь мир.

Когда гости собрались, он загадал им загадку: был он, дескать, на войне и случилось у него так-то и так-то! Что про это дело дорогие гости думают? Какой кары заслужил тот, кто обрек четырех невинных на смерть? Ведьма не ведая, что все ее козни раскрыты, первая возьми и крикни:

— Какой кары? А в бочку с острыми гвоздями посадить и с высокой горы спустить.

— Вот, старая ведьма, сама ты себе и наказанье придумала, — перебил ее король, — ты хотела безвинную мою жену и моих детей жизни лишить, теперь получай по заслугам!

Приготовили бочку с гвоздями, посадили в нее ведьму и спустили с высокой горы.

С той поры король с королевой живут в любви и согласии. Братья с ними остались и мать-старушку к себе забрали. Жили они не тужили, пока не померли.


Источник: http://www.skazochnik.info

Категория: Для всех интересующихся | Добавил: psyhelp
Просмотров: 1558 | Загрузок: 0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Вход на сайт
Поиск
Друзья сайта

Copyright MyCorp © 2019